Холостые пистолеты: почему бензин в России не дешевеет

Холостые пистолеты: почему бензин в России не дешевеет

close

Холостые пистолеты: почему бензин в России не дешевеет

Александр Кряжев/РИА «Новости»

Из-за нефтяных войн снизились цены на моторное топливо в ведущих мировых странах. Это поможет многим государствам легче пройти через кризис, вызванный снижением производства и потребления из-за коронавируса, полагают опрошенные «Газетой.Ru» экономисты. Россия остается в стороне от этого процесса, поскольку внутренняя стоимость топлива искусственно формируется «демпфирующим механизмом», высокими налогами и акцизами.

stopCovid1

Дешевый бензин для богатых стран

Средняя цена бензина в США в начале этой недели опустилась до $1,93 за галлон (3,8 литра), сообщает Американская автомобильная ассоциация. В пересчете на российскую валюту литр бензина в США сейчас стоит примерно 38 руб. По данным Управления энергетической информации (EIA),

такие низкие цены на автомобильное топливо фиксировались в последний раз в 1993 году.

В Великобритании стоимость бензина установилась на границе £1 за литр, в последний раз к такой отметке цены в королевстве приближались во время падения нефтяного рынка в 2016 году, сообщает BBC. В Германии, по оценкам крупнейшего автомобильного клуба ADAC, бензин марки Super E10 (аналог «АИ-95» в России) в среднем по федеральным землям продается по 1,28 евро за литр — на 16 евроцентов ниже, чем в феврале этого года. Дизельное топливо подешевело на 18 евроцентов и в среднем стоит 1,15 евро за литр. Почти во всех странах ЕС фиксируется снижение розничных цен на моторное топливо до 15%.

Этот год будет удачным и для Китая, второго в мире государства по масштабу потребления нефти, — до конца года страна планирует накопить в своих хранилищах около 85 млн тонн «черного золота». Это почти столько же, сколько Соединенные Штаты хранят в своем стратегическом резерве — крупнейшем в мире искусственном хранилище нефти.

Обвальные цены на ресурсы — это щедрый подарок всем странам, которые находятся в авангарде мирового развития, а для таких государств, как Россия, — очень жесткое удушение, считает экс-зампред Счетной палаты, экономист Юрий Болдырев.

«Если мыслить краткосрочно, то нужно быстро даже на невыгодных условиях договариваться с ОПЕК и возвращать экспортные доходы от продажи нефти и газа в прежнем уровне. Если мыслить в долгосрочной перспективе, то параллельно с этим нужно сейчас использовать момент низких цен для того, чтобы разворачивать у себя на территории как можно больше производств и переработки собственной нефти», — объясняет Болдырев.

Необходимо ставить перед собой пятилетний и десятилетний план радикального сокращения экспорта сырья с одновременным ограничением импорта высокотехнологичной продукции для того, чтобы делать ее внутри страны самостоятельно, говорит экономист.

Локомотив экономики

Падение нефтяных цен неоднозначно влияет как на развивающиеся страны, так и на ведущие экономики мира. Европейские политики предупреждают, что нефтяной кризис вместе с карантинными мерами из-за COVID-19 несут риск значительной дефляции в еврозоне. Но после завершения пандемии у дешевого топлива есть и очевидные бенефициары — это розничная торговля, супермаркеты и универмаги, туристические и досуговые компании. Выиграют круизные операторы, авиакомпании, где топливо составляет 20-40% расходов. А в России?

В большинстве государств розничная стоимость моторного топлива формируется естественным рыночным путем. В России государство применяет специальный сдерживающий механизм, который получил название «демпфер». Он предполагает перечисление государством напрямую владельцам НПЗ разницы средней экспортной цены на нефть и внутренней стоимости бензинов или дизтоплива. Это соглашение работает и в обратную сторону: если цена нефти опускается ниже установленного балансного уровня демпфера, то уже нефтяники перечисляют разницу внешних и внутренних цен в бюджет. Как раз такая ситуация происходит сейчас.

Демпфер — крайне неэффективный механизм. Снижение оптовых и розничных цен на нефтепродукты в России заблокировано именно им, убежден гендиректор независимого агентства «Аналитики товарных рынков» Михаил Турукалов.

«Демпфер по сути является дополнительным акцизом. При снижении мировых цен на нефть и нефтепродукты, когда демпфер становится отрицательным, акцизы в России резко растут. Именно это не позволяет внутренним ценам снижаться вслед за мировыми. Это несправедливо по отношению к российским производителям и потребителям нефтепродуктов», — считает Турукалов.

Это правило, по мнению эксперта, в текущем виде следует полностью отменить — либо необходимо обнулять выплаты нефтяных компаний в бюджет в случаях, когда демпфер получается отрицательным.

Топливо под давлением

Несправедливо говорить о том, что во всем мире цены на бензин снижаются, а в России нет, указывает замдиректора Института национальной энергетики Александр Фролов. Мы входим в первую десятку стран с самыми низкими ценами на моторное топливо по данным агентства Bloomberg, напоминает он.

«Если посмотреть на общую структуру затрат на производство бензина, то выяснится, что в одном литре стоимостью 45 руб. примерно 9 рублей будет составлять акциз, который за последние шесть лет вырос в два раза, далее НДС и налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ). Все вместе они составляют 70% в цене литра.

Маржа АЗС примерно составляет 10%, но она очень сильно отличается от региона, от сети, программ лояльности и прочего, остаток идет нефтяным компаниям», — отмечает Фролов.

Сейчас для верной оценки происходящего стоит наблюдать за оптовыми ценами на топливо, которые находятся на достаточно низких уровнях. С учетом всех обстоятельств цена на заправках не имеет возможности к понижению, убежден аналитик Института национальной энергетики.

Новый договор

Государство как монопольный регулятор правил на рынке топлива сократило маневр для оптовых трейдеров и сетей АЗС, говорят нефтяники. Впрочем, ожидать каких-либо изменений в налоговом администрировании от государства пока, очевидно, не стоит.

В Минэнерго «Газете.Ru» сообщили, что в условиях снижения спроса на нефтепродукты на внутреннем и внешних рынках, вызванного карантинными мероприятиями по борьбе с коронавирусом, «ключевую роль приобретает координация производства (с учетом выхода на ремонты) и поставок нефтепродуктов для недопущения затоваривания, сокращения загрузки производственных мощностей».

«А значит для сохранения рабочих мест на предприятиях ТЭКа и сохранения стабильности поставок на внутренний рынок за счет наиболее доступных поставщиков.

Производство и поставка моторного топлива на внутренний рынок находятся на уровне, покрывающем внутренний спрос», — пояснили в пресс-службе Минэнерго.

Иными словами, избыток предложения по топливу может разрушить внутренний российский топливный рынок, нанести удар по НПЗ, нефтяной промышленности.

Решением этой проблемы мог бы стать новый механизм регулирования внутренних топливных цен: если деньги, поступающие от нефтяников в рамках демпфера, останутся у нефтяных компаний, то они смогут снижать стоимость топлива. Сейчас государство ищет пути помощи гражданам, пострадавшим от карантина, и снижение цен на топливо таким способом могло бы пойти во благо всем сторонам.

«Есть два механизма помощи населению — прямые выплаты денег и стимулирование на действие. Безусловно, можно обратить эти деньги (от буферного механизма — «Газета.Ru») в доходы заправщиков, топливных компаний. Не все наше население потребляет бензин, но все покупают товары и продукты питания, которые нужно привозить. Похожий механизм действует в льготной ставке по ипотеке — происходит государственная компенсация между эффективной ставкой для банков и льготной», — рассуждает доктор экономических наук НИУ Высшей школы экономики (ВШЭ) Сергей Смирнов.

Мультипликативный эффект от изменения цен на топливо огромный, и сильнее всего он влияет на сложные продукты с высокой добавленной стоимостью, соглашается эксперт по автопрому Сергей Ифанов. По его словам, внутри России 70% грузоперевозок осуществляется автомобильным транспортом, в городах этот показатель достигает 100%. Чем сложнее товар, тем большую роль в его цене играет топливная составляющая.

«К примеру, автомобиль: для того, чтобы его собрать, к конвейеру нужно в течение года доставлять тысячи комплектующих. Но и компонентные заводы, откуда везут детали, тоже в свою очередь получают более простые компоненты от поставщиков третьего и четвертого уровня, последние же еще получают сырье. За это время расходуется огромные объемы солярки и бензина», — заключил Ифанов.

Вопрос потенциального снижения налогов и акцизов на топливо не смогли оперативно прокомментировать в Минфине и Минэкономразвития.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *